Фактически, Citroën стоит на распутье, размышляя о возможном возвращении легендарного 2CV. Уже много лет эта модель – ностальгический символ автомобильной простоты, который помог поставить Европу на колёса в послевоенное время. И на фоне успешных перезапусков культовых моделей вроде Renault 5 и Renault 4, переосмысленных в виде современных SUV, вопрос возрождения 2CV звучит особенно остро. Новый CEO бренда, Ксавье Шардон, оказался перед одним из самых интригующих решений своей карьеры: стоит ли вдохнуть новую жизнь в икону прошлого? В парижской штаб-квартире Citroën обсуждения идут полным ходом. Эмоциональные дебаты внутри команды касаются не только форм и силуэтов, но и самого смысла возрождения 2CV — некогда скромного, доступного четырёхместного автомобиля с брезентовой крышей, миниатюрным мотором и мягкой подвеской, способной справляться с любым бездорожьем. И теперь, в эпоху цифровых сенсоров и бесконечных опций, встает вопрос: есть ли в этом месте место для такой простоты?
«У нас невероятно богатое наследие — одно из самых узнаваемых в индустрии», — отмечает Кошка. «От 2CV до Traction Avant и изящной DS — это автомобили, получившие мировое признание. И это — наше конкурентное преимущество». Однако он подчёркивает: Citroën не стремится к ретро-ренессансу, а лишь открыто изучает свою историю. «Идея предложить людям простой автомобиль, который доставит вас из пункта А в пункт Б и при этом будет практичным, — это часть нашей ДНК». Но можно ли адаптировать эти принципы к современной версии 2CV? «Некоторым будет дорого увидеть в машине черты того, что они любили в молодости. Вот в чём вызов. Многие перезапуски провалились, потому что недооценили уровень эмоциональной связи с оригиналом. Если мы это сделаем, это должно быть безупречно», — подчёркивает он.
Возродить 2CV действительно непросто. В отличие от Renault 5, который до сих пор остаётся актуальным как концепция, 2CV опирался на до-военные каноны дизайна — те самые арочные крылья и короткий нос, скрывающий оппозитный мотор. Сегодня такой облик противоречит нормам безопасности, а в электрической версии и вовсе не имеет смысла — мотор-то спереди уже не нужен. Кроме того, гладкий и обтекаемый стиль современных электрокаров плохо сочетается с эксцентричным обликом оригинала. Пьер Леклерк подчёркивает: дизайнерская задача сложная — сохранить узнаваемость, но вписать её в современные пропорции, функциональность и эстетику.
Интересен и сам взгляд Леклерка на ретро-тренды: «Потребителям часто нужна уверенность, и прошлое даёт её. Я уважаю проекты, вдохновлённые историей, особенно после того, как мы увидели успех нового Renault 5. Но идти по тому же пути? Пока это открытый вопрос». Он отмечает, что создать новую и любимую модель — задача не из лёгких. И команда уже, возможно, делает первые эскизы, вдохновляясь примерами того, как соединять традиции и актуальность.
Главный вопрос сейчас — что собой будет представлять современный 2CV? Будет ли он больше про ностальгию или про новое прочтение идеи? Кошка говорит, что концепты могут стать отличным способом замерить интерес. Так было с C5 Aircross, который практически один в один повторил шоу-кар. Но за пределами дизайна — масса других факторов: бюджет, инженерия, производство. Может ли помочь платформа нынешнего C3, по размеру схожая с оригинальным 2CV, но при этом гораздо более технологичная и доступная?
У концерна Stellantis есть гибкие модульные базы — с электромоторами или гибридами, с передним приводом — всё, как и у 2CV. Но передать его дух — пропорции, ощущение легкости и наивной харизмы — куда сложнее. Renault показал, что даже утилитарный R4 можно превратить в стильный SUV. Но получится ли у Citroën то же самое с моделью, которая была настолько утончённой в своей простоте? Или это уже и так сделал C3 — доступный, с электричеством и комфортом, но без грубости внедорожника?
Философски, C3 уже и есть современный 2CV: простой, недорогой, с заявленной ценой ниже порога субсидий и батареей на 34 кВтч. Он не про «везде проедет», но про «доступен каждому». Это наследие 2CV в духе, если не в форме. Однако идея реального возвращения остаётся на столе. «Разработка новой машины занимает четыре года», — объясняет Кошка. «Мы пока не в этой фазе. Но сам факт, что разговор о 2CV ведётся, уже говорит о многом: смелый дизайн, комфорт, доступность — это и есть мы». Мир меняется быстро, конкуренты не дремлют, и ставка здесь выше, чем просто ностальгия. Осталось дождаться решения. Ксавье Шардон, теперь слово за вами.